June 16th, 2014

Один

Ведьмачьи легенды (начало)




Ведьмачьи легенды: [сб. фант. р-зов]. – М.: Эксмо, 2014. – 480 с.

Сборник малой прозы четырёх российских и четырёх украинских писателей. Рассказы и повести, написанные в знак уважения к писателю польскому, к Анджею Сапковскому (т.е. это книга трибьютов). Если быть ещё точнее, отправной точкой для сочинения восьми произведений, наполняющих сборник, служит конкретно цикл Сапковского о ведьмаке Геральте и принцессе Цири.

Насколько я понимаю, все восемь текстов изначально были написаны на русском языке, но первое издание было в переводе на польский, год назад. Теперь сборник издан и на русском.

Для меня эта книга интересна, кроме всего прочего, ещё и тем, что шесть из восьми авторов известны мне были раньше только по именам. Я читал когда-то лишь произведения Успенского и Васильева, а остальные, стало быть, впервые явили мне своё мастерство.


Леонид Кудрявцев, "Баллада о драконе"

Невыразительная история о том, как бард Лютик собирал фактуру для задуманной баллады о драконе. С одной стороны, вроде бы и понятно стремление поэта создать новое произведение на свежем материале, с другой стороны, остаётся неясным, почему Лютик заинтересовался именно драконом города Джакс, если ничего интересного о нём и знать не знал.

Да и вообще у автора странное представление о труде поэта:
- Понравится тебе, если зарифмовать "дракон" и "балкон"? - спросил у него Лютик.
Я так понимаю, Лютик – поэт минимум уровня Пушкина. Или Мицкевича. Хотя по соответствию эпохе больше подошло бы сравнение с Вийоном. И вот он спрашивает ремесленника… Нет, не могу себе такое представить. Но как раз если бы наоборот, сам ремесленник попытался бы дать указания, то ответ поэта давно известен: "суди, дружок, не выше сапога".

В целом рассказ показался недотянутым. Верный штрих к образу барда: он после любой передряги в первую очередь проверяет, осталась ли в целости его лютня, – повторяется так часто, что утомляет. А когда лютню наконец-таки разбивают злыдни, Лютик нисколько не огорчается. Даже для виду.

Главный притеснитель Лютика в этой повести, некий слуга некой благородной дамы, так и не придумал внятной кары для барда, и оттого сюжетная линия с его кознями выглядит излишней.

Стиль – вполне нормальный, но встречаются и корявости ("Попадавшиеся поначалу деревья постепенно превратились в рощу").

В общем, говорить об удаче автора не приходится.
Collapse )