Category: медицина

Каркаю

"Остров Сахалин" Эдуарда Веркина

содержит сюжетный парадокс, который не получается объяснить никакими естественными причинами. Разве что за счёт огромных натяжек или же с привлечением дополнительных сущностей, которые остались за рамками повествования. Можно, конечно, говорить о приёме "ненадёжный рассказчик", но тогда под сомнением оказываются все изложенные в романе факты, что уничтожает их полностью, особенно в контексте того, что это фантастическая книга о будущем, то есть её события и обстоятельства выдуманы.

Что за парадокс? Естественно, я говорю не про рений, кусок которого героиня выбросила в море, а потом снова нашла в кармане. У макинтоша - два кармана, вот в чём штука. Так что, видимо, второй кусок находился во втором кармане. Точнее, завалился за подкладку, и потому был обнаружен существенно позже первого. Другое дело, что этим вторым куском героиня оплатила воду, а в эпилоге он вновь оказался у неё... Вернула себе во время взрыва? Вопрос, конечно, имеется, но не особенно острый.

Главный же парадокс - почему всё ещё существуют люди, заражённые мобильным бешенством? Героиня рассказывает, что болезнь протекает в течение десяти дней, после чего носитель умирает. Война закончилась десятки лет назад, и тем не менее мобильное бешенство продолжает распространяться. Не могу придумать этому внятного объяснения.
Каркаю

(no subject)

Человек, который загадывает загадку, знает, что у неё есть один ответ, и только один.
Или два. Или три. Или сколько он знает ответов к своей загадке?
Вот столько разгадок у неё и есть.
Человек, который эту загадку разгадывает, тоже знает, что у неё есть ответ. Но он не ограничен в поисках ничем. Ничем, кроме условия загадки. И он может находить другие разгадки.
Иногда разгадки первого человека даже совпадают с разгадками, найденными вторым.
Радость для второго. Огорчение для первого: не сумел перехитрить.
А если не совпадают?
Впрочем, не будем об этом.

В жизни мы часто загадываем друг другу загадки. Одних устраивает отсутствие ответа. Они называют отгадчика убийцей вопросов. Они называют отвеченные вопросы чучелами. Мёртвыми и холодными. И бездушными.
Прекрасен мир, наполненный загадками! В нём столько таинственного и неизведанного, в нём столько странного и необычного! Так и хочется в нём жить.
Жить, чтобы разгадывать эти загадки.
А ради чего ещё стоит жить в нём?
Поэтому я – другой. Я пытаюсь найти ответ. Я убиваю вопрос.
Да, я киллер. Серийный убийца. Маньяк.
Для меня неотвеченный вопрос – как ноющий зуб, как заноза в ладони, как прыщ на заднице. Как кровавая мозоль на ноге.
Отдам что угодно, чтобы избавиться от постоянной боли, выматывающей душу.
Порой нужно только терпеть – ответ придёт сам собой, язва заживёт, я успокоюсь.
Порой требуется медицинское вмешательство.
Больной, не занимайтесь самолечением!
Но врач предпочитает скармливать мне таблетки, отнимающие мою память. Амнезия – самое дешёвое лекарство от всех вопросов.
Но теряя память, я теряю частичку себя.
Если я буду принимать таблетки, я постепенно начну исчезать. По крупице. По клочку. И однажды меня не останется. Совсем.
И вот я оспиртованной иглой протыкаю гнойник, и буро-зелёная жидкость выплёскивается наружу. И попадает на близких людей.
Им больно. Я слышу их крики. Я вижу их слёзы.
Я и сам плáчу. От боли и облегчения.
Такова цена. И я плачý.
Но почему они-то должны платить? Почему, за что их-то? Это же моя боль, это мой гной… Это мой яд, он должен отравлять меня, и только меня.
Вот только всё в мире взаимосвязано. Коснёшься цветка – потревожишь звезду. И покачнётся она, скатится на твой погон и замрёт.
А пока она падает, кто-то загадает желание.
Это лучше, чем загадывать загадку.